Администрация Ивангорода: за пять лет город преобразится. Построят променад, облагородят застрявшую в 90-х Парусинку
17.02.2018
Гражданское Движение «Свободная Ингрия» — это…
20.02.2018

СТОЛИЦЕЙ ПОСЛЕИМПЕРСКОЙ РФ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО БУДЕТ МОСКВА… Вадим Штепа, редактор сайта «After Empire/После Империи» для УКРIНФОРМ

Россия – сосед Украины, имеющий с ней наиболее протяженную границу. И от этого географического факта никуда не деться. Поменяться местами ну, скажем, с Мексикой невозможно. Но обречена ли эта страна всегда быть противником Украины?..

В России, руководство которой ведет сегодня крайне агрессивную политику по отношению к Украине, у нас есть естественные союзники. Это регионалисты, федералисты, люди, которые хотят коренного переустройства своей страны, слома ее имперской сущности и практики, переустройства РФ таким образом, чтобы она стала реальной федерацией, а может быть, и конфедерацией. Показательно, что сегодняшний Кремль, стремящийся насадить «федеративное устройство», в своем искаженном понимании, своим соседям и бывшим колониям, на собственной территории реального федерализма боится как огня.

В РЕГИОНАХ НЕДОВОЛЬНЫ, ЧТО МОСКВА ВЫКАЧИВАЕТ РЕСУРСЫ И НАЗНАЧАЕТ СВОИХ НАМЕСТНИКОВ

— Вадим, как вам кажется, насколько в сегодняшней России переустройство страны как подлинной «федерации снизу» осознаваемо, в качестве позитивной перспективы? Каков процент тех, кому близка эта идея?

— Сегодня говорить о «процентах» бессмысленно. В путинской России нет независимых социологических служб, которые рискнули бы проводить такие опросы. Но если посмотреть на ситуацию исторически, то можно увидеть, что настроения общества могут меняться довольно быстро. Например, в 1914 году в Российской империи царил воинствующий шовинизм (в Петербурге даже разгромили немецкое посольство), а через три года тот же народ выходил под лозунгом «Долой самодержавие!». В 1989 году идею независимости Украины выдвигали лишь «радикалы» вроде Вячеслава Черновола, но через пару лет за нее проголосовало большинство граждан.

Да, сегодня большинство россиян в разных регионах, поддавшись имперской пропаганде, голосует за Путина и его «вертикаль», но это вовсе не означает, что так будет всегда. Уже сегодня практически повсюду можно заметить недовольство жителей разных областей и республик тем, что они лишены всякого регионального самоуправления, все ресурсы у них выкачивает Москва и назначает своих наместников. И эти протестные настроения будут нарастать…

— Какое место занимает федерализм, регионализм в кругу российских оппозиционеров, людей либеральных взглядов, в том числе находящихся в эмиграции?

— Пока, к сожалению, не очень большое. В самой России на эти темы зачастую просто боятся высказываться – с 2014 года действует уголовная статья за «призывы к нарушению территориальной целостности РФ», под которую можно подогнать что угодно, даже академические дискуссии.

Но и многие политэмигранты, как ни странно, продолжают оставаться ментальными «москвичами», то есть сохраняют все то же унитарно-централистское мышление. Однако меня все же порадовал 4-й Форум свободной России, состоявшийся в декабре прошлого года в Вильнюсе. Там лидеры «несистемной» оппозиции (Гарри Каспаров, Андрей Илларионов и другие) активно выступили за деимпериализацию России и свободное подписание ее регионами нового федеративного договора. Или даже конфедеративного.

Какие исторические примеры могут быть взяты за образец? Насколько теоретически разработана федералистская идея по отношению к России? Ведь централистская имперская парадигма имеет в ней очень глубокие корни («ордынская матрица»).

— Тут дело даже не столько в «ордынской матрице»… Кстати, интересно заметить, что Татарстан в постсоветское время более других республик настаивал на своем суверенитете, и там более 10 лет выходил журнал «Казанский федералист», где изучался опыт многих мировых федераций. Подобных изданий в других регионах не было.

Что касается исторических примеров, то мне нравится опыт ранних США. Они организовали федерацию именно как альтернативу Британской империи. А в нынешней России эти слова зачастую путаются – множество имперских ведомств называют себя «федеральными», хотя к полноценному федерализму никакого отношения не имеют… Я полагаю, что федералистскую идею невозможно внедрить в России централизованно. Будет в России федерация или нет – это решат свободно избранные парламенты различных регионов. Причем столицей этой федерации совсем не обязательно будет Москва – этот город действительно веками воспроизводит «имперскую матрицу».

КАЛИНИНГРАДЦЫ И ВЛАДИВОСТОКЦЫ РАЗЛИЧАЮТСЯ — ПРИМЕРНО ТАК ЖЕ, КАК КАНАДЦЫ И НОВОЗЕЛАНДЦЫ

— Каким образом стоит учитывать национальный фактор при переучреждении РФ? Ведь Россия сильно отличается от образцовых федераций, страны переселенческого капитализма, упомянутых США, или этнически, культурно более-менее однородной (в момент создания нынешней федерации) Германии.

— Как учитывать национальный фактор – это дело каждого субъекта федерации. Кстати, в той же Германии образовательные программы для школ составляются в самих землях, а вовсе не навязываются централизованно из Берлина.

Но тут важно понимать и другое – если в какой-то «национальной республике» будет проводиться этнократическая политика (в сферах управления, образования и т.д.), ее просто будут покидать собственные свободомыслящие граждане, и в итоге она рискует превратиться в какую-то добровольную «резервацию», мало интересную окружающему миру. Об этом еще в начале 1990-х годов предупреждал либертарианский экономист Ханс-Герман Хоппе.

Я считал бы справедливым, если все субъекты РФ получат статус равноправных суверенных республик. А то от советских времен эта страна унаследовала дикую асимметрию – есть 21 республика (не считая аннексированного Крыма), 46 областей, 9 краев и т.д. На такой основе создать полноценную федерацию конечно невозможно.

Кстати, и русский национальный фактор также надо учитывать – причем во всей его региональной сложности. Москва ведет политику имперской унификации и пытается изобразить всех русских «одинаковыми», но это не так. Например, жители Калининграда и Владивостока говорят на одном языке, но географическое мировоззрение у них различается примерно как в Канаде и Новой Зеландии.

— Каким образом и для кого может быть реализовано право на «выход из состава»?

— Нормальная, симметричная федерация должна быть абсолютно равноправной. Будет ли у регионов право на выход – зависит от того, пожелают ли они его оставить для себя при подписании нового федеративного договора. Но я бы хотел подчеркнуть главное: смысл федерации – не в том, чтобы кого-то насильно «удерживать», но в том, что регионы сами заинтересованы быть ее субъектами, находя это выгоднее, чем статус независимых государств. В федерации (например, в США) у всех субъектов могут быть свои законы, но между ними нет никаких пограничных и таможенных барьеров, а также обеспечены общие правовые нормы. Об этом нашему порталу рассказывал редактор русской службы Swissinfo Игорь Петров: «Опыт Швейцарии как раз и говорит – чем больше у регионов политических, экономических и налоговых свобод, тем сильнее у них, как бы парадоксально это ни звучало, мотивация как раз и оставаться в стране, которая им эти свободы гарантирует».

РФ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ НИКАКОЙ «ФЕДЕРАЦИЕЙ», ХОТЯ ОФИЦИАЛЬНО ТАК НАЗЫВАЕТСЯ

— Вы уже упомянули о том, как непросто подлинным федералистам, регионалистам при сегодняшнем режиме в России. Расскажите чуть подробней об условиях их деятельности?

— Как я уже сказал, в России в 2014 году вступил в действие «закон против сепаратизма», по которому стали привлекать к уголовной ответственности многих сторонников регионального самоуправления. В отличие от европейских стран, региональные политические партии в России запрещены и не имеют возможности выдвигаться в местные парламенты. Это лишний раз доказывает, что страна вовсе не является никакой «федерацией», хотя официально так называется. Сегодня регионалисты и федералисты в РФ существуют как неформальные сетевые движения. Тем не менее, влияние их идей на публику постепенно растет…

— Как много людей с такими взглядами в эмиграции, в том числе вынужденной?

— Многие региональные активисты действительно вынуждены были эмигрировать. Как, например, татарский общественный деятель Рафис Кашапов, отсидевший 3 года за непризнание аннексии Крыма. Сегодня он проживает в Киеве. Или сторонник свободной Ингрии (это историческое название территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области) Павел Мезерин, который недавно получил политическое убежище в Литве.

— Расскажите немного о себе, своей общественной деятельности. Что вас самого вынудило к переезду?

— Родился я в Карелии, дед по отцовской линии (от которого фамилия) – из Черниговской области. Мой интерес к специфике разных регионов вызван еще детскими впечатлениями – поскольку отца-военврача постоянно переводили, и я поменял 6 школ – от Крыма до Красноярского края и Республики Коми. Окончил факультет журналистики МГУ – еще в свободную эпоху начала 1990-х. Затем сотрудничал с разными изданиями, написал множество статей о регионализме, опубликованных в карельской, российской и европейской прессе.

Но заметил, что начиная где-то с 2012 года (третьего путинского срока), мои статьи стали все больше нервировать республиканскую власть. Она укрепляла «вертикаль», а я писал о необходимости свободных выборов и регионального самоуправления. Вроде бы формальных юридических поводов для преследований за мои статьи не было – но прицепились к какой-то картинке в соцсетях. Назначенный из Кремля губернатор Худилайнен (был главой Республики Карелия в 2012-2017 годах) прямо заявил: «Таким экстремистам в Карелии воли не будет». Сначала – штраф, потом административный арест, а потом мне прямо заявили «Э»шники (Центр «Э» – Главное управление по противодействию экстремизму МВД РФ, – ред.): следующее дело будет уголовным. В общем, я понял, что свободно работать они мне не дадут, и переехал в Эстонию.

— Как живется на новом месте? Какие характерные черты этой страны отмечаете?

— С точки зрения журналиста, главный контраст Эстонии и России в том, что Эстония сегодня делит с Исландией первое место в мире по свободе слова в интернете. А в России сажают людей за картинки, репосты и лайки в соцсетях. Но я думаю, что этот цензорский режим долго не просуществует…

Сейчас я сотрудничаю здесь, в Эстонии, с разными медиа и редактирую наш проект «After Empire/После Империи – Регионализм и федерализм в России».

— Расскажите, пожалуйста, немного подробней об этом сайте. Какие есть планы, идеи в его развитие?

— Мы создали «После Империи» с моим другом и коллегой из Швеции, политологом Вячеславом Пузеевым в ноябре 2016 года. Фактически, сегодня в русскоязычном интернете это единственный независимый дискуссионный ресурс о перспективах российского регионализма и федерализма. У нас публикуются авторы из разных регионов РФ, а также известные политические аналитики из разных стран. Посещаемость сайта растет, мы стараемся развивать его технически, недавно запустили видеоканал на Youtube. Мы делаем портал на базе маленького НКО, причем часто на «чистом энтузиазме». К сожалению, нам пока не удалось добиться грантов от крупных международных медиа-фондов – что конечно, очень сильно помогло бы развитию и продвижению портала. Но видимо, эти фонды мыслят так же централистски, как и Кремль, и считают тему российского регионализма «неактуальной». Что ж, многие из них в начале 1991 года тоже считали, что СССР сохранится на мировой карте…

Олег Кудрин, Рига-Таллинн

https://www.ukrinform.ru/rubric-world/2404396-vadim-stepa-redaktor-sajta-after-empireposle-imperii.html

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

6 − два =

Яндекс.Метрика

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Website Malware Scan