«Отделились от России». Как исторические факты подменяют имперскими стереотипами
02.03.2018
ИНГРИЯ. БУДНИ ОККУПАЦИИ. Волк-яйцелов и электробаянщик за сотни тысяч вспомнят вхождение Крыма в Юкках
04.03.2018

3 марта – годовщина «Петербургского Евромайдана» (первого «Марша несогласных» 2007 года)

В этот день 11 лет назад в Петербурге состоялся первый «Марш несогласных» (2007). Несанкционированная массовая акция собрала более 15 тыс. участников.

К намеченному на 3 марта в Петербурге «Маршу несогласных» готовились загодя. Губернатор Валентина Матвиенко по местному телевидению призвала горожан «не поддаваться на провокации». Об этом же в течение нескольких дней в телеэфире говорили милицейские начальники. Даже трансляция в петербургском метро призывала спускающихся по эскалаторам пассажиров к тому же.

Власть не ограничилась одними призывами. Силовики применили тогда ещё новый метод «индивидуальной работы». К активистам оппозиционных политических, общественных и молодёжных организаций милиция наведывалась домой. От них требовали дать расписку, что они не будут принимать участие в предстоящих событиях. «Профилактические аресты» в те относительно либеральные времена ещё не практиковались.

Конфликт разгорался из-за того, что городские власти не дали разрешения на проведение массового шествия по центру города, которое должно было завершиться митингом у Смольного. Предлог для отказа был стандартным: манифестанты помешают дорожному движению. Городские власти предложили оппозиции никаких шествий не устраивать, а помитинговать на площади у Финляндского вокзала, что, конечно же, никого не устраивало. Конституция Российской Федерации прямо говорит, что запросы на проведение массовых мероприятий носят уведомительный характер и никаких разрешений от властей не требуется.

Власть продолжала стоять на своем, предупредив: несанкционированные массовые акции будут пресечены. Жестко, но в рамках закона. Не исключив, что будут использованы импортные водометы (закупленные в преддверии саммита G8), которые пока еще не применялись для разгона демонстраций.

Не сдавалась и оппозиция, повторяя: мы не намерены инициировать массовые волнения, наше шествие будет носить исключительно мирный характер…

Утром 3 марта можно было подумать, что город в осаде, вот-вот начнутся боевые действия. Милиция и ОМОН буквально заполонили центр города. На Невском проспекте, прилегающих улицах, даже во дворах виднелись усиленные наряды. Наготове стояли огромные милицейские грузовики с металлическими сетками на окнах, неуклюжие броневики с эмблемой ОМОНа на бортах. Судя по номерам, машины были не только петербургские — для нейтрализации выступлений в столице Ингрии власти объявили всероссийскую боеготовность, подогнав дополнительные силы из близлежащих регионов.

На площади перед Большим концертным залом «Октябрьский», где был назначен сбор участников, собралось около 5 тысяч человек. В полдень, как и было намечено, началось шествие. Правда, не в сторону Смольного (дорогу туда намертво заблокировал ОМОН), а в сторону Невского проспекта.

ОМОН применил уже отработанную (опять же в преддверии саммита G8) тактику: рассекать колонну демонстрантов и блокировать их по частям, не давая двигаться ни вперед, ни назад и не позволяя соединиться с соратниками. Правда, передовой отряд оппозиции все же прорвался на Невский, где завязалась первая схватка. Затем такие стычки повторялись в этот день не раз.

Толпе все же удалось окольными путями обойти милицейские кордоны, и манифестанты хлынули на Невский. На каждом перекрёстке их ждал ОМОН. Тем не менее участникам марша, полностью перекрывшим проспект, удалось дойти до Гостиного двора. Впереди, у канала Грибоедова, маячила черная стена омоновцев, за их спинами бампер к бамперу стояли тяжёлые бронемашины.

Дальше идти было некуда. Решили здесь же, на ступенях бывшего здания городской Думы, провести митинг. Многочисленные участники встали поперёк Невского проспекта. Но долго митинговать им не дал все тот же ОМОН. Бойцы в касках, с дубинками врезались в толпу, выхватывали активистов, волокли их в милицейские машины, одновременно нагоняя страх на остальных участников.

Депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Сергей Гуляев пытался зачитать резолюцию участников митинга, где говорилось о необходимости «вернуть выборы народу», отменив многочисленные поправки, превратившие избирательную кампанию в фарс, о том, что необходим независимый суд, реальная, а не показная борьба с коррупцией, и прочее, и прочее. Но ему не дали договорить. Омоновцы сдернули его с подоконника и поволокли в автозак. Такая же судьба ждала и всех последующих ораторов.

По разным оценкам, 3 марта 2007 года в Санкт-Петербурге было задержано от 200 до 300 участников «Марша несогласных». Это был первый серьёзный митинг оппозиции в Ингрии в период путинского правления. Российские власти тогда испугались всерьёз. Именно с него началось полноценное «закручивание гаек» и «зачистка» петербургской политической жизни до состояния нынешней безжизненной пустыни.

Тогда, в первый уик-энд весны 2007 года на марше петербуржцев за Свободу «подсуетившиеся» нацболы всячески совали в камеры свои «серпы и молоты» и «имперки». Однако, на финальном митинге у Думской башни под всеобщий восторг собравшихся был поднят флаг Европейского Союза! Марш 3 марта 2007 г. стал одной из самых массовых акций протеста в Ингрии.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

семнадцать − 11 =

Яндекс.Метрика

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Website Malware Scan